Главная » Учебно-методические материалы » ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ » История экономики: курс лекций (СИБИТ)

Тема 8 ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СССР ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ ХХ ВЕКА
16.11.2017, 16:57

8.1 Экономические реформы 1950-х и середины 1960-х гг.

Первая попытка реформирования командно-административной системы была тесно связана с окончанием в марте 1953 г. сталинского периода в истории СССР. Политические изменения в стране требовалось подкрепить изменениями в экономике. Одной из главных задач нового правительства стало решение продовольственной проблемы и вывод сельского хозяйства из глубокого и затяжного кризиса.

Причины низкой эффективности сельского хозяйства:

· приоритет политических факторов в развитии;

· сращивание функций партийных, государственных и хозяйственных органов;

· межведомственные разногласия министерств;

· недостаточное финансирование;

· отсталость материально–технической базы;

· нарушение принципов материальной заинтересованности;

· собственные недостатки в работе колхозов и совхозов.

Исходя из анализа состояния дел в сельском хозяйстве, сентябрьский (1953 г.) пленум ЦК КПСС принял постановление о неотложных мерах по подъему сельского хозяйства. В нем были определены по всем категориям хозяйств необходимое поголовье скота, посевные площади под основные культуры. Повышались заготовительные и закупочные цены, снижались нормы поставок для личных подсобных хозяйств. Разрешалось выдавать на трудодни в виде аванса до 25 % денежных средств, полученных от реализации животноводческой продукции. Были намечены меры по укреплению кормовой базы, строительству и механизации. Вместе с тем такой подход к руководству сельским хозяйством свидетельствовал о преобладании административных методов хозяйствования. Жесткая регламентация деятельности колхозов и совхозов лишала их самостоятельности. К тому же реформа проводилась без соответствующего вовлечения широких народных масс в ее реализацию. Существенным недостатком было и то, что реформа затронула лишь одну отрасль народного хозяйства, не увязывая ее с кредитно– финансовым механизмом, материально–техническим снабжением и т. д. Все это в конечном счете придавало реформе 1953 г. временный характер. В феврале–марте 1954 г. была принята программа поднятия целинных и залежных земель. В сельскохозяйственный оборот было вовлечено почти 42 млн. га пашни. Это позволило в значительной степени решить продовольственную проблему. Так, если в 1954 г. в СССР всего было собрано 85,5 млн. т зерна, из них 27,1 млн. т. – на целинных землях, то в 1960 г. – соответственно 125,5 и 58,7 млн. т. Но это начинание уже в первые годы столкнулось с обычной бесхозяйственностью: не хватало зернохранилищ, транспорта и т. д. К тому же привлечение техники и людей из других районов требовало значительных расходов, и стоимость зерна на целине была на 20 % выше. К попыткам преобразований, носящим непродуманный, а во многом и авантюрный характер, можно отнести и знаменитое предложение Хрущева, выдвинутое в 1957 г., «догнать и перегнать Америку по производству продукции животноводства», и принудительное внедрение посевов кукурузы на зерно по всей стране, не взирая на климатические условия различных районов. В 1958 г. было принято решение о ликвидации МТС. Однако в связи с ростом оптовых цен на технику МТС стали продавать ее колхозам по возросшей цене. Это привело к росту долгов колхозов банкам. К тому же механизаторы, работавшие ранее в МТС, не хотели работать в колхозах и предпочитали уезжать в другие места. В результате сельское хозяйство потеряло половину квалифицированных рабочих кадров. В 1963 г. из–за неблагоприятных погодных условий был собран очень низкий урожай зерновых, поэтому впервые в истории СССР начались массовые закупки хлеба за границей за счет наличного золотого запаса. Объем импортируемого хлеба превысил 13 млн т. Стало очевидно, что экстенсивное освоение новых посевных площадей не обеспечивает ежегодные гарантированные урожаи. В 1963 г. была поспешно принята программа химизации земледелия, носившая нереальный характер, т. к. мощности химической промышленности не были готовы к запланированным объемам производства минеральных удобрений.

В середине 50–х гг. продолжался процесс укрупнения и слияния колхозов и их преобразования в совхозы. В начале 1962 года была осуществлена перестройка системы управления сельским хозяйством. На районном уровне были учреждены колхозно- совхозные управления, а в областях, краях и республиках – колхозно-совхозные комитеты. Непоследовательность и однобокость проводимых реформ, не затрагивающих сущности земельных отношений, привела к плачевным результатам. Так, по плану на 1959–1965 гг. объем валовой сельскохозяйственной продукции должен был возрасти на 70 %, а фактический прирост составил лишь 10 %. Средняя урожайность зерновых культур в 1960–1964 гг. возрастала всего на 0,8 %.

Таблица - 14 Особенности перестройки системы управления по реформе 1957 г.

Причины проведения реформы

·  Необходимость в оперативном управлении народным хозяйством

·  бюрократизация управленческого аппарата

·  снижение прироста рабочей силы

·  нерешенность социальных и экологических проблем

·  изменение социально–политической ситуации в стране

Содержан

ие реформы

·  Упразднение отраслевых союзных министерств

·  создание территориальных советов народного хозяйства (совнархозов)

·  уменьшение численности управленческого аппарата

·  создание 105 экономических административных районов

·  переход на двухзвенную форму подчинения предприятий

·  попытка децентрализации управления и комплексного решения проблем оперативного управления

Результат

ы

·  Углубление территориального разделения труда

·  рост местной бюрократии и развитие местничества

·  двоевластие местных Советов и совнархозов

В результате всех «экспериментов» экономическое положение внутри страны на рубеже 1950–1960-х гг. оставалось достаточно напряженным. В 1958 г. было принято решение приостановить на 20 лет выплату денег по государственным займам, поскольку средств у государства на это не было. Одновременно произошла отмена обязательной подписки на государственные займы. Стала более заметной инфляция. Назрела необходимость проведения новой денежной реформы. Рядом молодых экономистов был подготовлен ее проект, который имел в своей основе учет соотношения спроса и предложения при определении цен, их оперативное изменение торгующими организациями, а также приведение денежной массы в соответствие с товарной. Но широко задуманная денежная реформа не была поддержана изменениями в финансовой системе и порядке ценообразования и потерпела провал, т. к. свелась лишь к замене денежных знаков и установлению нового курса рубля. С 1 января 1961 г. в оборот вводились новые купюры достоинством в 1, 3, 5, 10, 25, 50 и 100 руб., а также монеты достоинством в 1, 2, 3, 5, 10, 20, 50 коп. и 1 руб.. Был произведен обмен старых денег в пропорции 10:1, в этой же пропорции производился перерасчет вкладов, заработной платы, государственного долга и устанавливаемого государством паритета рубля в соотношении с иностранными валютами. Однако сразу же вслед за денежной реформой началось падение курса рубля. Это было связано с нарушением баланса между товарной и денежной массой в обстановке сохранившейся старой системы финансирования и дотаций.

Характерные черты финансово–кредитной системы СССР:

· сосредоточение в бюджете подавляющей части прибыли;

· отсутствие твердых критериев перераспределения прибыли;

· перераспределение прибыли и оборотных средств между предприятиями, министерствами и ведомствами;

· централизация основной части амортизации (за исключением амортизации на капитальный ремонт);

· установление «сверху» норматива оборотных средств;

· постоянное замораживание собственных оборотных средств и их восполнение за счет кредита.

Наиболее серьезным было положение в сельском хозяйстве. Переданные ему миллиарды новых рублей способствовали росту денежных доходов населения, но не привели к увеличению сельскохозяйственного производства и снижению производственных издержек. Более того, убыточными стали не только отдельные предприятия, но и целые отрасли. В сентябре 1965 г. на Пленуме ЦК КПСС было принято постановление «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства», в соответствии с которым в стране началась экономическая реформа.

Таблица - 15 Сущность и важнейшие практические мероприятия реформы 1965 г.

Направле

ние реформы

Реализация

1. Изменен

ие системы

управления экономикой

· Восстановление отраслевой системы управления

· создание системы производственных объединений

· усиление внимания к стандартизации продукции и информационному обслуживанию; усиление централизации в области финансов

2. Изменение системы планирования

· Превращение пятилетнего плана в основную форму планирования развития народного хозяйства

· изменение системы плановых показателей

· реформа цен 1967 г. – пересмотр оптовых цен на промышленную продукцию;

· увеличение финансовой самостоятельности предприятий

· введение новой системы планирования производства и заготовок сельхозпродукции

· введение повышенных цен на сверхплановую продукцию сельского хозяйства (1968)

· введение принципов хозрасчета на предприятиях и в организациях

· создание системы научно–производственных объединений

3. Усиление экономического стимулирования

· Создание на предприятиях за счет прибыли фондов материального поощрения, социально–культурных мероприятий и жилищного строительства, развития производства и др.

4. Управление НТП

· Концентрация подетальных и технологически специализированных предприятий в хозрасчетных комплексах

Таким образом, реформой 1965 г. намечались меры, которые должны были значительно повысить эффективность общественного производства. Осуществление ее явно улучшило положение в экономике. В послевоенные годы наиболее результативной оказалась именно восьмая пятилетка (1965–1970 гг.): валовой общественный продукт увеличился на 43 %, произведенный национальный доход – на 45 %, продукция промышленности – на 50 %, сельского хозяйства – на 23 %, производительность общественного труда – на 39 %, реальные доходы на душу населения – на 33 %. Происходившее три пятилетки снижение темпов роста общественного производства было приостановлено, темпы возросли. Однако в целом реформа не дала ожидаемых результатов. Уже в конце 60-х – начале 70–х гг. позитивный потенциал хозяйственной реформы стал исчерпываться, народное хозяйство возвращалось к традиционным источникам экономического роста за счет топливно-энергетического и военно- промышленного комплексов. Безуспешными оказались попытки внедрения в массовое производство наукоемких технологий (радиоэлектроники, информатики, вычислительной техники, биотехнологии и др.). Структура советской экономики приобретала все более нерациональный, однобокий характер с уклоном в тяжелую индустрию и с минимальным выходом на непосредственные потребности людей.

Причины функционирования механизма торможения:

1) невосприимчивость производства к НТП;

2) низкий спрос на инновации;

3) принудительный характер нововведений;

4) чрезмерная инвестиционная активность государства;

5) действие системы компенсаций;

6) игнорирование цикличности развития при планировании;

7) избыточная милитаризация экономики.

Особое значение для сворачивания реформы имела внешнеполитическая обстановка, а именно условия «холодной войны». СЭВ действовал в рамках «автаркического регионализма» и оставался в стороне от развертывающихся мирохозяйственных процессов. В нем безраздельно господствовала воля высшего партийно-политического руководства СССР, нацеленная на обеспечение закрытости экономик стран–участниц. Они были вынуждены привязывать свое народное хозяйство к Советскому Союзу, обладавшему необходимыми ресурсами и гарантированным рынком. Однако еще в 1970 г. внешнеторговый оборот нашей страны составлял всего около 8 % по отношению к национальному доходу, или порядка 4 % ВНП, если исчислять последний по западной методике (в США в том же году сумма экспорта и импорта превысила 8 % ВНП, в Японии составила 18 %, во Франции – 26 %, в Англии – 32 %, в ФРГ – 38 %). Такая псевдоинтеграция привела к закреплению во всех социалистических странах структуры экономики с гипертрофированным удельным весом базовых отраслей и с ресурсопожирающей технологией, с неоправданным параллелизмом, т. е. неспособной обеспечить эффективность производства и потребление национального дохода.

В начале 70–х гг. нарастание кризиса различных сторон советского общества приняло характер постоянно усиливающегося процесса. Все больше советская экономика отставала от экономики развитых стран по техническому и технологическому уровню, показателям эффективности, структурным характеристикам. Стали падать темпы роста производства, начиналась его стагнация, поэтому период 1970-х – сер. 1980-х гг. вошел в историю как экономика застоя. Его отличительной чертой является возникновение особого механизма торможения социально–экономического развития страны.

Механизм торможения – это совокупность устаревших, консервативных, изживших себя институтов, взглядов, стереотипов практического действия, укоренившихся в самых различных сферах общественного бытия и сознания.

Механизм торможения был закономерным следствием развития административно– командной системы. С точки же зрения организации производства его появление было реакцией народного хозяйства на противоречие, сложившееся на основе фабричного уровня, между затратной по своей сути советской экономикой и антизатратными методами НТП. Особую роль в механизме торможения сыграла советская экономическая культура, способствовавшая формированию застойных ценностей.

Основные признаки советской экономической культуры:

· выход проблемы жизненных достижений личности из–под зависимости «прокормиться» или «сберечь семью»;

· продажа партийно-хозяйственной бюрократией своих властных возможностей;

· расширение теневой экономики и ее смычка с государственной бюрократией и преступностью;

· установление системы «двойного счета» – плановых показателей, экономических интересов и т. д.

Период застоя создал благоприятные условия для теневой экономики.

Теневая экономика в СССР – негосударственный сектор (рыночная экономика), нелегально распространяемый внутри государственного хозяйства.

Выгодность теневой экономики для ее участников определялась прежде всего тем, что прибыль доставалась почти без собственных капитальных вложений, продукция же реализовывалась по ценам «черного рынка». Кроме того, она утилизировала часть огромных потерь, фиксируемых официальной статистикой. Известно, например, что в народном хозяйстве до 1/3 сельскохозяйственной продукции, 45–50 % стекла, 20–25 % металла, 20 % цемента терялось. Таким образом, в 1970–е гг. в стране вполне легально происходили процессы, которые способствовали возникновению нового вида теневой экономики – фиктивной, связанной с системой приписок, штурмовщины и выпуска брака.

В качестве универсального средства решения всех социально–экономических вопросов провозглашались повышение руководящей роли коммунистической партии, распространение партийного контроля на все сферы жизни общества. И хотя десятая пятилетка (1976–1980) была провозглашена «пятилеткой эффективности и качества», результаты работы оказались весьма скромными. По–прежнему структура экономики характеризовалась преобладанием тяжелой, фондоемкой промышленности. Однако действие системы компенсаций, основанной в этот период преимущественно на экспорте газа и нефти, имело благоприятные внешние условия. В начале 1970–х гг. в результате мирового сырьевого и энергетического кризиса цены на западных рынках на энергоносители возросли в среднем в 20 раз. Как следствие увеличился оборот внешней торговли, объем которого к середине 1980–х гг. достиг 25 % в национальном доходе, или 12–15 % ВНП, что было сравнимо с аналогичными показателями для крупных индустриальных стран. Доля  СССР в мировой  торговле повысилась с 4 % в 1970  г. до   5 % к середине 1980-х гг. Вместе с тем внешняя торговля страны приобретала ярко выраженный «колониальный» характер. Доходы от реализации нефти и нефтепродуктов в эти годы по самым скромным подсчетам составили 176 млрд. инвалютных рублей. Но эти средства вкладывались в дорогостоящие, бесперспективные и экологически вредные долгострои (Астраханский газоконденсатный комбинат, газохимический комплекс «Тенгизполимер», канал Волга-Чограй и др.), тратились на закупку импортного оборудования, которое практически не использовалось, огромные суммы уходили на содержание бюрократического аппарата и поддержание коммунистических партий и просоветских режимов в разных странах мира.

Принятие постановления о новой реформе в 1979 г. не было случайным. После подготовительной реформы, на которую отводилось 2 года, с одиннадцатой пятилетки все народное хозяйство должно было работать по–новому. Но эта реформа оказалась нереализованной. Господство затратной системы управления продолжалось, что приводило к дальнейшему ухудшению и обострению социально–экономической ситуации. Среднегодовой объем произведенной продукции в стране (в натуральном выражении) за 1979–1982 гг. оказался на 40 % ниже по сравнению с 1978 г. Дополнительные поставки на экспорт энергоносителей и сырья не позволяли уже погашать «черные дыры» бюджета.

В 1982 г. с приходом к власти Ю.В. Андропова был взят курс на усиление командных методов управления путем проведения мероприятий по наведению порядка и дисциплины. Однако административные методы помогали достижению только временного успеха, но не способствовали устойчивому экономическому росту.

В 1982 г. по инициативе секретаря ЦК КПСС по сельскому хозяйству М.С. Горбачева была принята очередная амбициозная «Продовольственная программа». Намечалось, что среднегодовой сбор зерна возрастет в 1981–1985 гг. до 238–243 млн. т., но в действительности он составил всего 180 млн. т., что оказалось на 25 % ниже, чем в среднем за годы десятой пятилетки.

Неспособность сельского хозяйства прокормить население своей страны указывала не только на внутренние пороки советской системы, но и на общую социально– экономическую отсталость. Так, в 1970-е гг. в сельском хозяйстве США было занято 2,5– 3 % самодеятельного населения, а в СССР – 25 %. При этом производительность труда в аграрном секторе США была в 4–5 раз выше, чем в СССР. В октябре 1984 г. была предложена грандиозная программа мелиорации: орошение и осушение миллионов гектаров земли, строительство каналов, переброска рек. Однако и эта программа оказалась невыполненной.

Страна и существующая в ней командно–административная система вступили в период глубокого кризиса. Характерно, что, чувствуя полную неэффективность и бесперспективность плановой, распределительной экономики, руководство Советского Союза ставило вопрос лишь о частичном, дозированном и под его неусыпным контролем введении некоторых элементов рыночной экономики. Так, в первой половине 1980-х гг. были приняты новые правила в практике хозяйственного развития. Они включали усиление банковского контроля над финансами, более реалистичную процентную ставку, акцент на использование банковского кредита вместо бюджетных субсидий, расширение прав местных органов власти в отношении использования земли, защиты окружающей среды, строительных работ, трудовых ресурсов, производства потребительских товаров. Но экономическое содержание этих реформ носило не только половинчатый, а скорее косметический характер. Весь аппарат административно–командной системы был сохранен, и он активно сопротивлялся даже слабым попыткам разрушения системы «государственного социализма».

Таким образом, история экономического развития СССР свидетельствует о сохранении решающей роли государства. Характер К–циклов XX остается экзогенным, а циклические колебания имеют внеэкономические причины.

Решающий удар по экономике Советского Союза нанесла произошедшая на Западе научно–техническая революция. Катастрофически отставая в компьютеризации, Советский Союз уже не мог выдержать гонки вооружений; правительство М. С. Горбачева приступило к реформам, которые вышли из–под контроля и привели к  распаду СССР.

 

8.2 Распад СССР и крах социалистической системы

Перестройка была «революцией сверху», что характерно для социально–пассивного общества. Многих до сих пор мучает вопрос: была перестройка необходима или нет? Была она вызвана объективными причинами или это была чья–то воля, может быть, злая, может быть, добрая (оценка, конечно, зависит от точки зрения)? И в принципе, если бы не эта воля, остро и резко проявленная, то Советский Союз существовал бы и дальше, двигаясь по траектории застоя. И никаких грандиозных перемен в мире, никаких перестановок политических сил, никаких эпохальных изменений не произошло бы. Внимательный анализ истории советского государства и, прежде всего, советской экономики, показывает, что перестройка была абсолютно неизбежна. Она была необходима, предопределена. Другое дело, она могла быть немного раньше или немного позже, могла состояться в более осторожном или, может быть, в более смелом варианте. Она могла быть организована более четко и разумно или еще хуже, чем произошло в реальности.

Для всех лет перестройки очень характерна экономическая бессмыслица.

Сначала Горбачев провозгласил политику ускорения. Сейчас об этом мало кто вспоминает, но в 1986 г. не было более часто употребляемого слова, чем «ускорение».

Огромное количество политэкономов, теоретиков «научного коммунизма» и пр. «интерпретировали» концепцию ускорения, но все заключения не давали результата.

Это было типичное для советской власти использование лозунга, совершенно не нагруженного смыслом.

И только в 1991 г., т. е. в год распада СССР, в год отставки Горбачева у властных структур Советского Союза появилась возможность зацепиться за что-то смутно напоминающее экономическую концепцию. Это была программа Явлинского «500дней». Первоначально у Явлинского было «400 дней», и предлагалась эта программа сначала Абалкину, который был вице-премьером по реформе в правительстве Рыжкова, потом сам Явлинский стал вице-премьером в республиканском правительстве, но никак не получалось эту программу пристроить. А весной 1991 г. на Президентском совете у Горбачева было принято решение попробовать начать осуществление этой программы, превратить ее в экономическую программу горбачевской перестройки. И тогда вместе с группой Явлинского этим занялись разные другие люди, среди них был академик Шаталин, член Президентского совета, вот тут-то программа и превратилась в «500 дней», обросла материалом, сильно увеличилась в объеме и т. д. Но все равно она оставалась чем-то похожим на некое расписание, «приспособленное» для радикального преобразования экономики и социального устройства гигантской страны. Это, конечно, на самом деле, в принципе, никак не могло быть использовано на практике. Так что перестройка как началась, так и кончилась без экономической программы.

Существенные экономические меры при Горбачеве выразились в двух законах. Они не были компонентами целостной экономической программы (по причине хотя бы ее отсутствия), они были, скорее, решениями политического характера, но имевшими прямой экономический смысл и очень большие экономические последствия. Это «Закон о кооперации» и «Закон о государственном предприятии».

«Закон о кооперации» в принципе создавал основу для развития мелкого и даже среднего бизнеса в Советском Союзе. Правда, в качестве владельцев предприятия выступал кооператив, а не частное лицо (или группа частных лиц), но для вопросов о том, что такое кооператив в аспекте владения принадлежащей ему собственностью, кто является членом кооператива, а кто – наемным работником и т. д., была оставлена столь широкая зона неопределенности, что вполне можно было фактически владеть индивидуальной частной собственностью, а называться кооперативом.

Это был первый огромный камень, брошенный в советскую экономическую систему, колоссальный шаг к формальному присвоению государственной собственности теми, кто ею фактически распоряжался, к уходу государства от управления экономикой.

Безусловно, это был резкий скачок в сторону спада, потому что поддерживать производство на прежнем уровне становилось все менее и менее возможно, все менее и менее выгодно тем, кто этим производством командовал. Интерес заключался уже не в выполнении плана по «валу» – валовой продукции предприятия и другим показателям, как всегда было при советской власти. Не это стало интересно. Стало интересно делать то, что продается за «живые» деньги или обменивается по бартеру, причем так, чтобы можно было воспользоваться доходом. Это, несомненно, шаг к рынку, но, не столько к цивилизованному, сколько к «дикому».

Именно в последние два года перестройки, а не после старта радикальной экономической реформы, началось формирование тех хозяйственных структур, которые (иногда после различных преобразований) и сейчас составляют значительную часть крупного бизнеса в России. Однако наряду с «ветеранами» в легальный бизнес устремились и совсем новые люди, как правило, очень молодые, наделенные несомненными талантами бизнесменов, сумевшие во многих случаях сориентироваться в новой обстановке гораздо быстрее, чем чиновники и хозяйственники из старой элиты.

Едва ли не самым распространенным каналом, по которому чуть ли не с нуля врывались в бизнес, стали НТТМ – структуры, занимавшиеся организацией научно– технического творчества молодежи. Это поле активно захватили прежде всего комсомольские лидеры, но, конечно, не только лидеры прежних идеологических структур.

Падение производства, которое наступило фактически не с 1992, а, по крайней мере, с 1990 г., было запрограммировано всей хозяйственной структурой, всеми ее перекосами, а законы о кооперации и о государственной предприятии оказались чем–то вроде выстрела, после которого сорвалась лавина, которую в принципе невозможно было ни предотвратить, ни удержать, ни даже существенно ослабить.

Но эти законы не только дали стартовый сигнал, но ускорили падение. «Закон о кооперации» очень хорошо помогал воровать и устраивать свои дела вокруг государственных предприятий – около них тут же возникли группы всевозможных кооперативов, которые, собственно говоря, и служили теми каналами, которые позволяли продукцию, номинально принадлежавшую государству, превращать в частно- присваиваемую прибыль почти законным, а то и вообще законным путем. Сращивание крупных предприятий, кооперативов, НТТМ и пр. шло полным ходом; это открывало путь к дальнейшей (уже в 1993–1994 гг.) приватизации через "дробление" (с использованием в качестве вывески демонополизации), но отнюдь не способствовало решению производственных проблем на благо общества.

Обвал, который начался в 1990 г., повлек колоссальную накачку экономики пустыми деньгами. Мотив для накачки пустыми деньгами – это необходимость повышения заработной платы у всех, кто оказался причастен к переводу прибыли, возникающей в результате работы государственных предприятий, в частные каналы присвоения. Этих каналов стало очень много, через них происходила накачка, и государство в этих условиях не могло не запускать печатный станок.

Уровень жизни стал резко падать для тех, кто не имел отношение к этим каналам – именно они приняли, как водится, удары раскручивавшейся инфляционной спирали (на первых порах – в скрытых формах). Естественно, были опустошены прилавки, что привело к социально–экономическому, а затем и политическому кризису 1991 г. Уже в январе 1991 г. в магазинах уже почти ничего не было. Введение всеобщей карточной системы непрерывно маячило на экономическом горизонте, а всевозможные частичные формы карточного распределения практиковались чрезвычайно широко.

Социально–экономический и политический кризис 1991 г. был концом перестройки. Стало ясно, что дальше так двигаться нельзя. Во–первых, как всегда в периоды тяжелых кризисов, резко обострились взаимоотношения между центром и элементами системы, в данном случае союзными республиками, которые вспомнили слова «суверенитет», «независимость» и т. п. У них проявились уверенность, что при большей самостоятельности они большего добьются, а националистические силы были всегда и везде, никогда и нигде не умирали. Во–вторых, стало понятно, что половинчатые, недоразвитые отношения собственности, которые сформировалась после введения законов о кооперации и о государственном предприятии – это сугубо переходная форма, нужно куда–то двигаться от нее: вперед или назад.

Попытка пойти назад и была августовским путчем ГКЧП. В случае победы путч, безусловно, не привел бы к простому откату в старую систему (это и в принципе было уже невозможно), поскольку все его участники располагались совсем близко к широкому и вольному пользованию государственной собственностью. Цели путча, скорее всего, состояли в том, чтобы, во–первых, опираясь на остатки силовых структур, не допустить распада Союза, во–вторых, отсечь паразитные кооперативные организации, примкнувшие к государственным предприятиям, для того чтобы по возможности вернуть государство в управление промышленностью.

Ясно, что в случае успеха путча результатом ни в коем случае не могла быть устойчивая система. У такой системы были две альтернативы. Первая – дальше откатываться назад, вторая – сдача всего, чего путчистам удалось бы добиться, и возвращение к тому моменту, откуда путч начался, со всеми теми же последствиями.

Так что экономическая предопределенность событий конца 1991 г. очевидна. Неотвратимой была радикальная экономическая реформа, которая стала возможной с образование самостоятельного государства – Российской Федерации.

Выводы

1) Политика военного коммунизма предполагала следующие меры а) централизованное распределение ресурсов и продукции: б) продразверстку: в) национализацию предприятий и централизацию управления; в) введение всеобщей трудовой повинности;

2) Меры новой экономической политики: а) замена продразверстки продналогом; б) допуск частного капитала в торговлю и денежную сферу; в) создание концессий с частным капиталом; в ) осуществление денежной реформы 1922–1924 гг. г) изменение принципов управления народным хозяйством.

3) Основные задачи довоенных пятилеток: а) проведение индустриализации; б) проведение коллективизации; в) повышение производительности труда и развитие соцсоревнования; г)обеспечение народного хозяйства квалифицированными кадрами.

4) Суть денежной реформы 1947 г. – ликвидация дефицита госбюджета, сокращение денежной массы и ликвидация карточной системы.

5) Экономическая идея реформы Косыгина А.Н. состояла в переводе предприятий на хозяйственный расчет: самоокупаемость, самофинансирование и рентабельность и освоение достижений НТР.

6) Перестройка была полностью не подготовлена, и конечным ее результатом стал распад СССР.





БАНКОВСКОЕ ДЕЛО
БУХГАЛТЕРСКИЙ УЧЕТ
БЮДЖЕТ И БЮДЖЕТНАЯ СИСТЕМА РФ
ВЫСШАЯ МАТЕМАТИКА, ТВ и МС, МАТ. МЕТОДЫ
ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ
ДОКУМЕНТОВЕДЕНИЕ И ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО
ДРУГИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ
ЕСТЕСТВЕННЫЕ ДИСЦИПЛИНЫ
ИНВЕСТИЦИИ
ИССЛЕДОВАНИЕ СИСТЕМ УПРАВЛЕНИЯ
МАРКЕТИНГ
МЕНЕДЖМЕНТ
МЕТ. РЕКОМЕНДАЦИИ, ПРИМЕРЫ РЕШЕНИЯ ЗАДАЧ
МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА И МЭО
НАЛОГИ И НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ
ПЛАНИРОВАНИЕ И ПРОГНОЗИРОВАНИЕ
РАЗРАБОТКА УПРАВЛЕНЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ
РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ
СТАТИСТИКА
ТЕХНИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ
УПРАВЛЕНИЕ ПЕРСОНАЛОМ
УЧЕБНИКИ, ЛЕКЦИИ, ШПАРГАЛКИ (СКАЧАТЬ)
ФИНАНСОВЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ
ФИНАНСЫ, ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ И КРЕДИТ
ЦЕНЫ И ЦЕНООБРАЗОВАНИЕ
ЭКОНОМИКА
ЭКОНОМИКА, ОРГ-ЦИЯ И УПР-НИЕ ПРЕДПРИЯТИЕМ
ЭКОНОМИКА И СОЦИОЛОГИЯ ТРУДА
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ (МИКРО-, МАКРО)
ЭКОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
ЭКОНОМЕТРИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ